Контакты:

+7(960) 701-0000
     moneta-vip@mail.ru

      

    

 

 

Удивительная история «известной монеты».

Иван Просветов.

Дукат 1849 года. Подделка в ущерб обращению, отчеканенная на Санкт-Петербургском монетном дворе.

Летом 1867 года глава российской миссии в Гааге барон Кнорринг получил от властей Нидерландского Королевства пренеприятное сообщение. Посланника извещали, что члены российской императорской фамилии, путешествующие по Европе, замечены… в расходовании поддельных голландских дукатов. К письму прилагался образец таковой монеты: она чуть-чуть легче подлинной, а после тщательного сравнения видны различия в деталях изображений и надписей.

В августе 1868-го посол Нидерландов в России вручил министру иностранных дел князю Александру Горчакову официальную ноту: правительству его страны достоверно известно о чеканке дукатов на Санкт-Петербургском монетном дворе. Отпираться было бессмысленно. В министерстве финансов, тщательно подбирая слова, подготовили ответ: чеканка велась лишь по мере необходимости, а началось все настолько давно, что уже неясно, по какой причине. Голландцев заверили, что больше такое не повторится.

Скандал не вышел за пределы дипломатической переписки. Тайна сохранялась до 1888 года, когда великий князь Георгий Михайлович в своем «Корпусе русских монет» упомянул о чеканке дукатов в Санкт-Петербурге. В девятом томе энциклопедии Брокгауза и Ефрона, изданном в 1893 году, курьезной монете было дано определение: «Голландский червонец — название, данное червонцам, битым на С.-Петербургском монетном дворе, с изображениями на сторонах, подражающими старым дукатам Голландских штатов». Тем не менее, нумизматы еще долгое время строили версии, когда и почему она началась, опираясь на скудные архивные данные.

Только в 1945 году в «Трудах Государственного Эрмитажа» появилось описание хранящихся в музее штемпелей для голландских дукатов, самый ранний из которых датирован 1768 годом. Позднее в запасниках Эрмитажа был обнаружен планшет со свинцовыми оттисками штемпелей дукатов: 19 лицевых сторон (даты — с 1768 по 1849 год), четыре оборотных. Находка побудила главного хранителя отдела нумизматики И.Г.Спасского заняться историей дукатов русской чеканки. Ранее он не оспаривал версии, будто чеканка началась в 1730-е годы. Изучив ряд архивных публикаций, Спасский сделал вывод: несомненных доказательств этому нет. Вероятнее всего, дукаты начали чеканить в Санкт-Петербурге во время русско-турецкой войны 1768-1774 годов. *

Дукаты 1768, 1769 и 1788 гг.
Верхний ряд — свинцовые оттиски из собрания Государственного Эрмитажа.
Нижний — дукаты Голландских штатов отчеканенные в Утрехте

 

Турецкий след

 

Июль 1769 года. Кронштадскую гавань покидает внушительная эскадра: семь линейных кораблей, фрегат, бомбардирский корабль и шесть вспомогательных судов. Не таясь, эскадра бросает якоря в европейских портах. Известно, что русские следуют в Средиземное море. О целях похода знают лишь адмиралы и офицеры: нарушить морские коммуникации турков, содействовать славянским и греческим повстанцам, высаживать десанты и учинять диверсии; по возможности, прорваться к Дарданеллам. Такая война требует особых расходов. Деньги требуются графу Алексею Орлову, обосновавшемуся в Ливорно и рассылавшему агентов для организации мятежей против турок. Деньги нужны повстанцам для закупки оружия. Греческим корсарам (патенты уже заготовлены) надо платить «призовые» за захваченные суда. И так далее…

Для подобных трат нет надежней иностранного золота. Но если в казне его недостаточно? Екатерина II могла позволить себе самочинную чеканку чужой монеты, по весу и пробе равной подлинной. Если при Елизавете Петровне уральские и сибирские рудники приносили в среднем девять пудов золота в год, то в первое десятилетие правления Екатерины добыча выросла до 30 пудов в год.

Червонец (дукат) 1712 года.

Почему именно голландские дукаты? Во-первых, Санкт-Петербургский монетный двор был к тому готов: еще по велению Петра I здесь наладили чеканку русских «червонных» по образцу дукатов. И в 1768 году двор заключает с ювелиром Иоганном Гассом контракт на изготовление «секретных штемпелей». Во-вторых, на берегах Средиземноморья, подвластных Турции, голландский дукат был одной из самых распространенных золотых монет, конкурируя лишь с венецианским дукатом. Нидерланды еще в 1612 году заключили с Высокой Портой крайне выгодный для себя торговый договор. Голландцы получили право беспошлинного ввоза золота и серебра в монетах и слитках и к началу XVIII века, по оценке турецких историков, превратились в крупнейших поставщиков валютных металлов в Османскую империю. Хотя Порта чеканила собственные золотые — султани, европейское золото стало доминировать в денежном обороте империи от Балкан до Анатолии и Сирии. Оттоманское правительство не только принимало, но даже иногда назначало государственные платежи в европейской монете.

В мае 1769 года Екатерина II упоминает в письме Алексею Орлову, главнокомандующему на Средиземноморье, об «особых деньгах» для эскадры. Насколько велика была тайная эмиссия? В сентябре императрица сообщает Орлову об отправке со второй эскадрой 100 000 рублей «червонными». Червонцы в Санкт-Петербурге в то время не чеканились; речь, несомненно, шла о дукатах. 100 000 рублей — это около 40 000 дукатов. Президент Берг-коллегия в апреле 1770 года докладывал Екатерине: из отданного на монетный двор 11 с лишним пудов колыванского золота «переделано быть имеет голландских червонцев 53 952».

К лету 1774 году российский флот в восточном Средиземноморье (всего было отправлено пять эскадр) насчитывал 15 линейных кораблей, более 20 фрегатов и около 60 иных судов. Восстание греков на Пелопонессе, поддержанное русскими десантами, в итоге было подавлено, но контроль над большинством Эгейских островов турки потеряли. Разгромив турецкий флот при Чесме, екатерининские адмиралы блокировали Дарданеллы. Успехи русской армии на Дунае и флота у турецких берегов побудили Порту пойти на переговоры. 10 июля 1774 года был подписан мир. Если описывать его выгоды общими словами, Россия укрепила свои позиции на Дунае, в Крыму и на Кавказе. «Победитель турецкого флота» граф Орлов был награжден персональной золотой медалью; ее изготовил не кто иной, как Иоганн Гасс, пожалованный в императорские медальеры. Он же исполнил реверс памятных медалей «Мир с Оттоманскою Портою» для личного дарения императрицей.

Червонец 1797 года.

Поддельные дукаты оказались столь важным подспорьем в государственных делах, что Екатерина II не стала отказываться от чеканки. В Эрмитаже сохранились оттиски штемпелей 1781 и 1784 годов — времени покорения Крыма, когда политические интриги сочетались с военными действиями. Дукаты, датированные 1788 и 1791 годами, возможно, пошли на нужды новой войны с Турцией. Унаследовавшему трон Павлу затея матушки не нравилась. Он возобновил чеканку российских червонцев, и оказался последним самодержцем, при ком они выпускались.


* Отличительные признаки дукатов российской чеканки 1768–1807 гг. описал шведский историк-нумизмат Андерс Берглунд (Dutch ducat struck in St.Petersburg — Journal of the Russian Numismatic Society, №66, 1998). Признаки дукатов 1818-1867 гг. — голландский нумизмат А. ван дер Виль (Valse Nederlandse dukaten. — Amsterdam, 1952); эти признаки, за исключением «выявленных недостаточно четко» были опубликованы В.В.Уздениковым в книге «Монеты России 1700–1917» (3-е изд., М., 2004). 

 

  

От Азербайджана до Сербии

 

Чеканка «голландских» дукатов в Санкт-Петербурге возобновляется сразу по воцарении Александра I. С присоединения к Российской империи Грузии (1801–1804 годы) и азербайджанских ханств (1803–1813 годы) начинается полувековая эпоха покорения Кавказа. Как свидетельствуют документы, счета казначейства российской армии в Грузии велись в рублях, но выплаты делались преимущественно в дукатах — монете, известной здесь с давних пор. Для российских властей на Кавказе дукат, или червонец, становится главной единицей денежных расчетов. Генерал Репнин в 1810 году, объявляя о награде за поимку мятежного Шейх-Али-хана, определил ее в 1500 червонцев. Лояльным России влиятельным лицам назначались пенсии в червонцах (к примеру, главе шиитского духовенства Закавказья Ага-Мир-Феттаху — 2000 червонцев в год). Наконец, во время русско-турецкой войны 1828–1829 годов обычным поощрением для горцев, служивших в российской армии и особо отличившихся в бою, была награда в 10 червонцев.

Дукаты 1818, 1829 и 1841 гг. чеканки Санкт-Петербургского монетного двора.

Факт изготовления в Санкт-Петербурге иностранной валюты старательно камуфлируется. В отчетах монетного двора дукаты значатся как «известная монета». В послужном формуляре медальера Алексеева, резавшего штемпели для рублевиков, среди поручений за 1820 год помечено: «занимался по особенному делу». Потребности в «голландских» золотых возрастают едва ли не год от года: 1819 — 100 000 дукатов, 1822 — 420 000, 1825 — 700 000, 1827 — 1,1 миллиона, 1829 — 2,2 миллиона *.

В чем было дело? В 1821 году в Греции разгорелась война за назависимость, начавшаяся с анти-турецких восстаний на Пелопонессе и островах. Уже через год греки сформировали свое правительство и законодательный совет. Историки полагают, что русские дипломатические и консульские агенты неоднократно передавали крупные денежные суммы восставшим. Известно о двух субсидиях по 1 млн рублей, предоставленных греческому правительству в 1827 и 1829 годах по распоряжению Николая I. Неизвестно, в какой валюте оказывалась помощь. Но дукаты, популярные на Балканах, более всего для этого подходили.

Ни одна русско-турецкая война, начиная с 1764 года, не обходилась без спора о статусе Молдавии и Валахии. Большинство сухопутных сражений и военных операций проходило на землях дунайских княжеств и Болгарии. Россия раз за разом отстаивала автономию Молдавии и Валахии под протекторатом Турции с учетом российских интересов. Во время войны 1806-1812 годов, совпавшей с восстанием в Сербии, Россия настояла еще и на самоуправлении для сербов. Решение дунайского и сербского вопросов тоже не обошлось без русского золота. Лондонский New Monthly Magazine сообщал в 1829 году: в Молдавии, Валахии, Сербии и Болгарии на удивление широко обращаются голландские дукаты, фактически вытеснившие законную валюту — турецкий пиастр.

Сколько-то тысяч дукатов, попавших в Средиземноморье, вернулось назад. Турция признала автономию Греции после двухлетней войны с Россией, которую сама же и спровоцировала. Не буду пересказывать условия Адрианопольского мирного договора 1829 года, остановлюсь лишь на одном пункте: «Порта Оттоманская в вознаграждение за убытки и потери заплатил императорскому российскому двору один миллион пятьсот тысяч голландских червонцев».

К тому времени секрет перестал быть секретом. По меньшей мере, для владельцев меняльных контор. Англичанин Томас Элкок — политик, путешествовавший по Персии, Турции и Греции в 1828–1829 годах, пометил в своей записной книжке: «Мы запаслись здесь [в Одессе] голландскими дукатами, которые имеют хождение в России, Персии и Турции. Голландское правительство дало России разрешение на их чеканку» (записки опубликованы в 1831 году в Лондоне). Элкок, будучи добропорядочным британцем, членом парламента, не допустил и мысли, что выменянные им дукаты могут быть поддельными.

 

Государственный интерес

 

При Николае I дукаты петербургской чеканки разными путями разошлись по Российской империи. Дукат был наименьшей по достоинству (около 3 рублей в пересчете), а значит самой доступной золотой монетой. Голландские червонцы прозвали «арапчиками» — видимо, настолько экзотичным казался рыцарь, изображенный на монете. Герцен в «Былом и думах» описывает случай, когда староста одной владимирской деревни при рекрутском наборе пытался дать взятку арапчиками. У Островского в пьесе «Свои люди — сочтемся» купец сетует на должника, рассчитавшегося истертыми арапчиками: «ни ног, ни головы». Особым спросом голландские червонцы пользовались на азиатских окраинах империи – бухарские купцы предпочитали торговать с русскими за дукаты. Кое-где дукатами выплачивали офицерское жалование. «Вчерашний пароход разрешился порядочным мешком целковых и арапчиков. Это третное жалованье гарнизона», — записал 14 июля 1857 года в своем дневнике Тарас Шевченко, служивший в прикаспийском форте Новопетровский.

С 1830 по 1839 год на Санкт-Петербургском монетном дворе было выбито 8,3 млн золотых пятирублевок и 8,1 млн дукатов. Если изначально «известная монета» нужна была для анонимного финансирования заграничных операций, то далее эмиссия продолжалась по причине своей выгодности — для любых расчетов, где потребно иностранное золото. Среди преимуществ тайной чеканки, как пишет В.В.Уздеников, было «прекращение выплаты лажа при размене российской монеты на иностранную при зару­бежных расходах». В российской столице дукаты чеканили и в те годы, когда в Нидерландах они вообще не выпускались — с датами 1830, 1832, 1834, 1835, 1837 и 1838. Риск, повторюсь, был оправдан выгодностью эмиссии.

В XVIII веке чеканка монеты из покупного золота не давала дохода: в елизаветинской пятирублевке драгоценного металла было на 4 рубля 80 копеек. При Екатерине II себестоимость добычи золота иногда превышала его рыночную цену. С открытием в 1810-1820 годах россыпных месторождений на Урале и в Сибири издержки золотодобычи снизилась в разы. Добыча золота в России за 1826-1845 годы выросла в среднем с 290 пудов в год до 1050 пудов. Осваивать новые месторождения еще при Александре I дозволили частному капиталу. Но рудники и прииски на Алтае и в Забайкалье оставались под государственным контролем (с 1830 года в ведении министерства финансов). Алтайские прииски, исходя из казенных цен на золото, давали в начале 1830-х 140% прибыли по отношению к затратам на содержание.

Дукаты 1849 г. чеканки Утрехтского (слева) и Санкт-Петербургского (справа) монетных дворов.

Чеканка голландских червонцев не прекратилась даже, когда в 1849 году в Нидерландах перестали выпускать дукаты. В Санкт-Петербурге продолжили использовать штемпели с датой 1849. До 1867 года таких дукатов было выбито 4,35 млн штук, тогда как Утрехтский монетный двор в 1849 году изготовил немногим более 14 000 дукатов. Ненормальная распространенность монет с датой 1849 насторожила голландцев. Они уже не первый раз сталкивались с масштабной фальсификацией — например, Штутгартский монетный двор нелегально чеканил голландские дукаты в 1788, 1795, 1800, 1802 и 1817 годах. Нидерландский банк предпринял расследование, скупив нужное количество дукатов с датой 1849. Качество выявленных подделок и почти полное соответствие стандартам по весу и пробе свидетельствовали, что такая чеканка возможна только на государственном уровне**.

Как были предъявлены претензии российскому правительству, рассказано выше. Изъять из обращения «известную монету», разумеется, не было возможности, да голландцы того не и требовали. Долго еще дукаты-червонцы ходили по рукам. Владимир Гиляровский, будучи в Тамбове в 1875 году, слышал в ресторане рассказ актера, хвалившегося встречей с приятелем, возвращавщимся с Кавказа: «Шампанским меня напоил и пять золотых червонцев подарил. На Кавказе абреков ограбил, верно. Золота полны карманы...».


* Данные об объемах чеканки дукатов с 1819 по 1867 год впервые были опубликованы В.В.Уздениковым, изучавшим отчеты Санкт-Петербургского монетного двора.

**До сих пор на иностранных аукционах дукаты российской чеканки с датой 1849, несмотря на признаки подделки, зачастую атрибутируются и предлагаются как подлинные голландские (утрехтской чеканки). 

 

Все права защищены. ©
ООО «Альбион-С» 2011.

yandex

Разработка сайта студияИнсайт